Слонёнок только недавно научился держаться на ногах и с восторгом открывал для себя огромный мир. Стадо двигалось привычным маршрутом — от водоёма к водоёму, через заросли акаций и высокую траву. Вела их старая матриарх, рядом шла мать малыша, не отводя от него взгляда и время от времени ласково касаясь хоботом.
Любопытство победило осторожность. Пока взрослые копали корни и листья, слонёнок заметил пеструю бабочку и, весело хлопая ушами, побежал за ней. Он играл, подбрасывал пыль, трубил — и не заметил, как оказался далеко от стада.
Когда он наконец остановился, вокруг простиралась только бескрайняя саванна. Тишина звенела, и в животе зародился страх. В этот момент кусты затрещали — и оттуда, крадучись, вышла стая гиен. Их было много — не меньше восьми. Жёлтые глаза, хищные улыбки, предвкушение лёгкой добычи.
Слонёнок расправил уши, затрубил изо всех сил, стараясь отпугнуть врагов. Но гиены лишь плотнее сомкнули круг. Одна прыгнула и когтями рассекла ему бок. Малыш жалобно взвизгнул и позвал мать. Стадо услышало зов и бросилось на помощь, но расстояние было слишком велико — они не успевали.
И именно в этот миг произошло нечто невероятное.
Земля дрогнула под тяжёлыми шагами. Из-за холма вышел огромный силуэт. Это был старый носорог — шрамированный, могучий, с острым, словно копьё, рогом. Он стремительно ворвался в круг гиен, разметав их, как тряпичных кукол. Одна отлетела в сторону, остальные с воем кинулись врассыпную.
Слонёнок дрожал, но носорог мягко наклонил голову, будто проверяя — жив ли малыш. А через несколько секунд к ним подоспела мать, обвила детёныша хоботом и радостно затрубила.
Она благодарно коснулась носорога, и тот тихо фыркнул, уходя обратно в заросли. Как невидимый страж, он исчез в траве, оставив после себя лишь следы огромных копыт.
С тех пор в стаде рассказывали эту историю снова и снова — о том, как иногда помощь приходит не от тех, кого ждёшь, но именно тогда, когда она нужна больше всего.